#ЭСТЕТИКА502

Похоть, алкоголизм и дьявольщина в древнерусских текстах

 
Существует предубеждение, будто древнерусская литература — сплошь непонятные каракули на бересте, скучные жития и бесконечные переписывания Евангелий. Но если повнимательнее вчитаться в пыльные страницы рукописей, можно обнаружить, что древнерусские писцы были не такими уж и плохими ребятами: засыпали над своей писаниной, рисовали от скуки на полях, а сами авторы рассказывали в красках и со вкусом о таких вещах, от которых волосы дыбом встают.
 

Предательство

«Повесть об убиении Андрея Боголюбского», XII век

Древнерусские князья, приходившиеся друг другу братьями, частенько покушались на владения друг друга, а без братоубийства тут никак не обойтись. И не стоит забывать о том, что фундаментом для древнерусской литературы является Священное Писание, и предательство Христа Иудой занимает далеко не последнее место в христианской культуре, и соответственно, литературе. Так и в «Повести об убиении Андрея Боголюбского» предательство Якима, слуги князя Андрея, сравнивается с поступком Иуды.

Любопытна эта повесть тем, что ее автор — скорее всего, очевидец событий, поскольку рассказ изобилует деталями злодеяния: подробно описывается, как заговорщики бегают по княжеским палатам в поисках раненого Андрея, как князь красноречиво обличает своих убийц и как потом обошлись с телом несчастного. А вот и сцена убийства:

Когда, схватив оружие, как звери свирепые, приблизились они к спальне, где блаженный князь Андрей возлежал, позвал один, став у дверей: «Господин мой! Господин мой...» И князь отозвался: «Кто здесь?» — тот же сказал: «Прокопий...», но в сомненье князь произнес: «О, малый, ты не Прокопий!» Те же, подскочив к дверям и поняв, что здесь князь, начали бить в двери и силой выломали их. Блаженный же вскочил, хотел схватить меч, но не было тут меча, ибо в тот день взял его Анбал-ключник, а был его меч мечом святого Бориса. И ворвались двое убийц, и набросились на него, и князь швырнул одного под себя, а другие, решив, что повержен князь, впотьмах поразили своего; но после, разглядев князя, схватились с ним, ибо он был силен. И рубили его мечами и саблями, и раны копьем ему нанесли.

 

Алкоголизм

«Слово о Хмеле», XV век

«Руси веселие есть пити», — процитируем вслед за автором «Повести временных лет»уже упоминавшегося выше князя Владимира. Веселие веселием, но с пьянством на Руси старались бороться, не богоугодное дело все-таки. Одним из способов борьбы с алкоголизмом (да и с другими грехами) были обличительные «Слова о…». «Слово о Хмеле», которое мы приведем в пример, пользовалось большой популярностью и многократно переписывалось. Любили его за живой язык изложения и необычную композицию: половину «Слова» персонифицированный Хмель рассказывает про ужасные вещи, которые он творит с людьми, и только во второй части следуют нравоучения.

Посмотрите, как автор описывает состояние человека, страдающего от пьянства:

Если кто сдружится со мной и своим меня сотворит, то я, во-первых, сотворю его блудником и Богу немолящимся, во всем безумным, на молитву невстающим и к ночи сонливым, и во зле со сна встающим, зевающим и рыгающим; и наложу ему печаль великую на сердце, а когда с похмелья встает, болезнь его ему главнее будет, ибо очи его света не будут видеть, ум его ни о чем добром помышлять не будет, сладко есть он не захочет, гортань его пересыхать будет, пить будет хотеть, а выпив чашу или другую с похмелья, также опять напьется и без памяти будет многие дни.

А в следующем отрывке автор расскажет о том, что станет с представителями разных социальных групп, если они и дальше будут злоупотреблять алкоголем:

Если спознается со мной селянин, начнет он ходить по пирам, и сотворю его дом пуст, самого его — в долгах, жена и дети его пойдут по людям работы искать.
Если спознается со мной слуга царев или князев, сотворю его князю ненавистным, и будет он ни дворянин, ни селянин, и умрет он в болезни за свое же нестроение.

Описал автор и последствия женского алкоголизма:

Если спознается со мной жена, как бы ни была мудра, начнет упиваться допьяна, учиню ее блудницей и воздвигну в ней похоть на блуд, а потом уж ввергну ее в кончину и в поругание, и всем она будет в укор: лучше бы ей не родиться.

Сразу чувствуется, что автор не понаслышке знает обо всех перечисленных последствиях употребления крепких напитков.

 
 

Похоть

«Повесть временных лет»,XII век

Святой Владимир, креститель Руси, — благородный муж, храбрый воин, мудрый правитель, достойный христианин. Таким вам его преподносят школьные учебники истории, детские мультфильмы, былины и государство, безуспешно пытающееся возвести ему памятник в самых неподходящих местах. Но если вы посмотрите, как князя Владимира изображает «Повесть временных лет», вряд ли ваше отношение к великому князю останется прежним. Непохоже, что такой большой гарем можно распустить в одночасье, приняв христианство.

Был же Владимир побежден похотью, и были у него жены: Рогнеда, которую поселил на Лыбеди, где ныне находится сельцо Предславино, от нее имел он четырех сыновей: Изяслава, Мстислава, Ярослава, Всеволода, и двух дочерей; от гречанки имел он Святополка, от чехини — Вышеслава, а еще от одной жены — Святослава и Мстислава, а от болгарыни — Бориса и Глеба, а наложниц было у него 300 в Вышгороде, 300 в Белгороде и 200 на Берестове, в сельце, которое называют сейчас Берестовое. И был он ненасытен в блуде, приводя к себе замужних женщин и растляя девиц. Был он такой же женолюбец, как и Соломон, ибо говорят, что у Соломона было 700 жен и 300 наложниц.

 

Отвращение

«Сказание о Дракуле», конец XV века

Окончательно изменит ваше представление о древнерусской литературе «Сказание о Дракуле». «Сказание» современники относили к так называемым «неполезным повестям», то есть к произведениям, не несущим религиозной или познавательной нагрузки. История о Дракуле представлена автором в виде коротких зарисовок из жизни этого замечательного человека: вот Дракула приглашает к себе всех сирых и убогих жителей княжества, а затем сжигает их, чтобы в княжестве лучше жилось, вот Дракула гвоздями прибивает колпаки к головам невежливых гостей — и так далее. Но самое любопытное, что автор нисколько не осуждает своевольного князя. Рассказы о жестокости Дракулы автор чередует с рассказами о его справедливости: видимо, именно таким представляли в то время идеального правителя. Но не нам их судить, лучше взглянем на зарисовки из повседневной жизни валашского правителя.

Однажды ехал Дракула по дороге и увидел на некоем бедняке ветхую и разодранную рубашку и спросил его: «Есть ли у тебя жена?» «Да, государь», — отвечал тот. Дракула повелел: «Веди меня в дом свой, хочу на нее посмотреть». И увидел, что жена бедняка молодая и здоровая, и спросил ее мужа: «Разве ты не сеял льна?» Он же отвечал: «Много льна у меня, господин». И показал ему множество льна.
И сказал Дракула женщине: «Почему же ленишься ты для мужа своего? Он должен сеять, и пахать, и тебя беречь, а ты должна шить мужу нарядные и красивые одежды; ты же и рубашки ему не хочешь сшить, хотя сильна и здорова. Ты виновна, а не муж твой: если бы он не сеял льна, то был бы он виноват».
И приказал ей отрубить руки и труп ее посадить на кол.

Как-то обедал Дракула среди трупов, посаженных на кол, много их было вокруг стола его, он же ел среди них и в том находил удовольствие. Но слуга его, подававший ему яства, не мог терпеть смрада и заткнул нос и отвернулся.
Тот же спроси его: «Что ты делаешь?» А он отвечал: «Государь, не могу вынести этого смрада». Дракула тотчас же велел посадить его на кол, говоря: «Там ты будешь сидеть высоко, и смраду до тебя будет далеко!»

 
 
comments powered by HyperComments